Первое время после переезда в Париж Мольер ставил пьесы прежнего репертуара. Театр посещали и простолюдины, и знать. Впрочем, многие светские щеголи являлись сюда лишь для того, чтоб распустить павлиньи перья. И здесь они пользовались привилегиями: рассаживались в креслах вдоль сцены и занимали столько места, что актерам трудно было двигаться. Наглые маркизы и виконты тут же расчесывали парики, ковыряли зубочистками во рту и обменивались громкими замечаниями, нимало не заботясь о том, что они мешают другим. А в ложах в это время жеманно щебетали светские дамы. Но они приумолкли на премьере новой пьесы Мольера. Это было 18 ноября 1659 г. Жеманницы и их воздыхатели в этот день увидели себя со стороны, на сцене театра Пти Бурбон. Правда, героинями комедии «Смешные жеманницы» были не знатные дамы, а простые мещаночки Мадлон и Като. Но до чего же они походили на свои великосветские образцы!

* «Пристало ли нам принимать людей, которые в хорошем тоне ничего не смыслят? - брезгливо пожимала плечами Като.- Я готова об заклад побиться, что эти неучтивцы никогда не видели карты Страны Нежности, что селения Любезные услуги, Любовные послания, Галантные изъяснения и Стихотворные красоты для них пустой звук».

Эти девицы стыдились своих простых имен. «Разве говорят в изящном стиле о каких-то Като и Мадлон? Согласитесь, что такое имя способно опошлить самый изысканный роман!» Они хотели бы именоваться Поликсеной и Аминтой. Зеркало они называли «советником граций». Служанка не могла понять их манерного чириканья и прыскала в рукав. А зрители партера просто надрывались со смеху, глядя на этих глупышек, надутых чужими речами и мнениями, на то, как Мадлон и Като попали впросак, приняв переодетых слуг за самых что ни на есть первосортных маркизов и виконтов.

Партер хохотал. Но маркиза Рамбулье и ее приятельницы, сидевшие в ложах, улыбались как-то криво. Нет, они не простили Мольеру его первой сатирической комедии. И актеры Бургундского отеля не простили ему едкого выпада против их напыщенной декламации, который содержался в пьесе. У Мольера появились опасные враги. И скоро их глухая вражда перешла в открытую войну. В осенний день 1660 г. актеры труппы Мольера пришли на репетицию и с ужасом увидели, что здание театра Пти Бурбон ломают.





* Приказано освободить место для дворцовой колоннады,- заявил им суперинтендант, ведавший королевскими строениями. В самом разгаре сезона труппа осталась на улице.

Мольер обратился с жалобой к королю, и тот разрешил ему занять здание театра Пале Рояль, возведенное еще при герцоге Ришелье и пустовавшее уже двадцать лет. Как оно обветшало! Половина зала обвалилась, потолок подгнил. Несколько месяцев ушло на ремонт. А когда все было приведено в порядок, оказалось, что декорации из театра Пти Бурбон, которые Мольеру было позволено перенести в новый театр, куда-то пропали. Сколько ни искали, найти не удалось. Их сжег один из завистников. Но труппа и в эти тяжелые дни не поддалась малодушию. Ни один из ее участников не покинул Мольера. Актеры еще теснее сплотились вокруг него. Не сразу им удалось поправить дела. Новая пьеса Мольера «Дон Гарсиа Наваррский» провалилась. Враги уже радовались. Но напрасно. За неудачей Мольера последовал большой успех. Весь Париж спешил посмотреть, комедию «Урок мужьям». А в следующем сезоне еще более шумный успех выпал на долю новой комедии «Урок женам».

В этой комедии, написанной стихами, ставились те же вопросы, что и в «Уроке мужьям». Можно ли ожидать счастья, если брак заключен без взаимной любви? И в каком положении окажется тот, кто попытается купить свое счастье за деньги, путем обмана и принуждения? Именно так поступал в комедии Мольера купец Ар-нольф. Он всячески отгораживал от жизни свою бедную воспитанницу Агнесу, которую готовил себе в жены, старался вырастить ее наивной простушкой, воспитать в ней слепую покорность. Но самого главного - любви к себе - сорокалетний коммерсант не сумел внушить Агнесе никакими проповедями, заповедями и запретами. И спрятать от жизни Агнесу ему тоже не удалось. Агнеса влюбилась в юношу, и куда девалась прежняя простушка! Любовь пробудила все способности, заглушённые воспитанием: и смелость, и хитрость, и изобретательность. Арнольф остался в дураках, несмотря на всю свою хваленую бдительность.

Эта веселая комедия очень серьезна. Мольер восстает в ней против системы запретов, насилия и обмана в воспитании, в семье, в любви, в отношении к женщине, в отношениях между людьми. Живое чувство вырывается из оков; природа и правда торжествуют над принуждением и обманом. Такова мораль комедии. Естественность и правдивость в отношениях между людьми, в искусстве, в языке, во всем-«-это первый принцип Мольера, краеугольный камень его философии. Да, Мольер, этот комедиант, который выступает на сцене в ролях простофиль, смешных маркизов и мужей-рогоносцев,- серьезный мыслитель. Он не забыл уроков Гассенди. Но не только из книг почерпнул он свою мудрость. Его взгляды складывались под влиянием жизни, в долгие годы странствий, раздумий, наблюдений.

Он встречал людей разных сословий и званий, всматривался в них, изучал, сравнивал. И все симпатии его были на стороне тех, кто трудится, кто создает богатство, могущество, величие Франции. Эти люди придавлены в сословной монархии, придавлены жестокой системой запретов, насилия, неравенства, предрассудков. Но и под этим гнетом сохраняются лучшие качества французского характера: здравый смысл, ясный ум, галльская веселость и задор, вольнолюбие, жажда справедливости. Народная мудрость легла в основу философии Мольера, сочетаясь с передовыми идеями его века.