"Исповедь героя Достоевского и позиция автора"
Страница: [ 1 ] 2
Для Достоевского вопрос о воплощении образа автора и, в частности, авторского отношения к идейной позиции героя имеет особое значение. Многие его произведения написаны от первого лица, а некоторые из них целиком представляют собой исповедь героя-идеолога, его взволнованное слово о себе и о мире, что не раз в критике писателя приводило к отождествлению его с героем. Между тем сам Достоевский (и это его высказывание, сделанное по конкретному поводу имеет принципиальный смысл) считал, что «настоящему художнику пи за что нельзя оставаться наравне с изображаемым им лицом» (XI, 100). Анализ поэтической структуры исповедального рассказа у Достоевского может показать, в какой мере следовал он этому убеждению.
В рабочих тетрадях и письмах Достоевского мы постоянно встречаем размышления о том, как поэтически выразить авторское отношение к позиции героя. Определяя эмоциональную и идейную направленность речи героя-повествователя, Достоевский обычно употреблял слово «тон». 20 марта 1864 г. он писал брату по поводу второй части «Записок из подполья»: «Сел за работу, за повесть По тону своему она слишком странная и тон резок и дик; может не понравиться; след. надобно, чтоб поэзия все смягчила и вынесла» (П. II, 613). Понятие «поэзия», противопоставляемое «тону», соотносится здесь, видимо, с образом автора, включая и его точку зрения на мир, отличную от взгляда героя. Далее мы будем говорить о «точке зрения», «кругозоре» автора или героя именно в этом, идейном смысле.
Намечая различные аспекты изучения позиции повествователя в художественном произведении, Г. А. Гуковский особо выделял проблему идейной точки зрения на изображаемую действительность. Он писал: «Повествователь — это не только более или менее конкретный образ, присутствующий вообще всегда в каждом литературном произведении, но и некая образная идея, принцип и облик носителя речи, или иначе — непременно некая точка зрения на излагаемое, точка зрения психологическая, идеологическая и попросту географическая, так как невозможно описывать ниоткуда и не может быть описания без описателя». «Необходимо учитывать,— продолжал он,— что всякое изображение в искусстве образует представление не только об изображенном, но и — может быть, часто менее конкретизированное, но не менее отчетливое — об изображающем, носителе изложения и, что, пожалуй, особенно важно, носителе оценок, носителе разумения, понимания изображенного» . Трудность выявления авторской точки зрения в исповедальном монологе героя Достоевского заключается в том, что перед нами два разных и очень активных «носителя оценок», иногда выступающих как единомышленники, иногда спорящих между собой, причем повествователь часто находится почти на уровне сознания автора.
Если для анализа авторской позиции в раннем романе «Бедные люди» убедительно предложенное Д. Ки-райем сравнение «сюжета сознания» с «сюжетом судьбы» героя6, то для такого произведения, как «Записки из подполья», например, оно окажется недостаточным. «Сюжет сознания» подпольного философа настолько широк, многие его суждения так явно совпадают с авторскими, что нужны какие-то иные критерии, чтобы провести «демаркационную линию» между автором и повествователем.
Страница: [ 1 ] 2
Смотрите также:
- Насколько интересны мысли и чувства Достоевского современному читателю
- Насколько интересны мысли и чувства Достоевского современному читателю
- сочинение что такое гордость
- сочинение что такое гордость
- сочинение что такое гордость
- достоевский преступление и наказание. трактат о злом городе
- достоевский преступление и наказание. трактат о злом городе